Из чего мы выходим, когда работаем с конфликтом? Я, тот человек, который собирает людей в группы, для того, что бы обсуждать проблемные вопросы, собираю разные стороны.

Мы предполагаем, что конфликт это явление, ну скажем «не минуче», да? Неизбежное, и собственно, в первую очередь как мы реагируем на конфликт? Мы замыкаемся в себе, мы становимся очень эгоистичными, мы прекращаем коммуникацию и мы считаем, что во всех наших бедах виновата другая сторона и проецируем все то, что мы считаем негативным на другую сторону. И чем больше я чувствую себя слабым, тем более агрессивным я становлюсь и тем более закрыт я к коммуникации открытой. И, в общем-то, то, что вызывает еще большее раздражение это то, что в тексты люди несут самые разные представления, самые разные значения вкладывают в одно и то же слово, которое мы можем обсуждать. И так или иначе в каждом из нас существует желание разобраться, почему это происходит и то, с чем мы приходим к этому желанию разобраться, это и есть диалог, он базируется на предположениях о том, что люди, а не структуры строят мир. То есть решение не может быть навязано сверху, если мы хотим, что бы этот мир был достаточно устойчивым длительным и продуктивным. И те участники, которые приходят на диалог, приходят вот к этому разговору, они как раз и являются носителями субъективных смыслов и, благодаря их смыслам, мы можем, скажем, сделать объяснение этого мира многогранным.

Мы действительно нужны друг другу на глубинном уровне, мы находимся на признании наших общих потребностей, в безопасности, в развитии, в идентичности. И наконец, диалог это как раз то поле, где люди могут говорить об этих потребностях, это прямой разговор, когда люди глядя в глаза друг другу могут, в общем-то, эти ценности и потребности обсуждать, когда они дойдут до действительно определенного уровня доверия. И собственно, для того, что бы достичь этот уровень доверия вот в рамках диалога, то есть на той площадке, где эти люди собираются, действуют определенные ценности. Это, прежде всего, уважение и доверие, это привлечение всех сторон. То есть, если мы работаем только с двумя сторонами конфликта, мы так или иначе приходим к результату, который называется нулевая сумма, да? Если же мы, скажем, каждую сторону видим как многоуровневую многостороннюю конструкцию, таким образом, мы обогащаем тот смысл, который в конечном итоге будем обсуждать в перспективе общего будущего или в перспективе возможного принятия решений. И действительно признание равности сторон, вне зависимости от статусов, вне зависимости от тех поступков, поведения, которое участники, продемонстрировали в ходе этого конфликта, это тоже один из принципов диалога.

Что осуществляется во время диалога? Для меня важно донести сейчас, что диалог это не просто одна встреча, это действительно очень серьезный процесс, требующий подготовки, и, собственно, когда мы приходим к той или иной ситуации конфликта, мы в первую очередь пытаемся нарисовать карту (и снова мы приходим к рисованию), анализируем конфликт с точки зрения того, кто стороны этого конфликта, какого уровня напряжение между ними, кто влияет на эти стороны. Есть, допустим, теневые какие-то влияющие факторы, каким образом они выглядят. И анализируем каждую сторону с точки зрения ее позиции, ее интересов, ее потребностей и ее опасений. Потому что, так или иначе, те авторы, которые включены в это взаимодействие, они могут проявить себя в начале конфликта определенным образом, в момент эскалации по-другому и на выходе из конфликта тоже могут демонстрировать какие-то новые паттерны.

Что еще во время диалога происходит? Мы проанализировали стороны конфликта, мы предположили, что есть у нас определенный набор участников, мы с ними поговорили предварительно, пригласили их на площадку, рассказали о том, что мы собираемся делать, что собой представляет процедура диалога. Вот между людьми начинается общение, и в этот момент мы задаем вопрос участникам — что происходит? Они описывают свое видение той ситуации, в которой они оказались. Они могут описывать и свое поведение, они могут описывать поведение другой стороны, но в этот момент происходит как раз вот раскрытие нюансов вместо упрощения. То есть, нет белых и черных, нет правых и неправых, есть какие-то моменты, которые сейчас в данный момент ускользают от нашего понимания.

Далее, обязательно в диалоге произносится «имя дьявола», в общем, метафора такая: любой эмоции нужно дать имя, потому что гнев, агрессия, боль, горе, которые нас охватывают, они должны получить выход и, собственно, если мы называем эти эмоции, мы легализируем их и выстраивается и доверие и, после того, как эмоции ушли, люди могут конструктивно мыслить. Дальше, открывается действительно то, что было скрыто и это вот то самое нюансирование ситуации, которое полезно опять же для понимания самими сторонами. И диалог это машина времени, потому что эта процедура позволяет нам позволить участникам поговорить о возможном будущем. Это процедура, которая позволяет нам и говорить о прошлом тоже и, собственно, то, что люди могут говорить о будущем, еще не является результатом диалога, это полезная вещь, но то, что является результатом для одной стороны, может стать проблемой для другой, но обсуждение, в принципе, возможного будущего, оно действительно дает людям надежду и переориентирует их представления о том, что не все так безнадежно, как кажется. И происходит действительно тестирование возможных форм сосуществования в конфликте, потому что изначально люди приходят с полярным черно-белым мышлением, а затем рассматриваются различные ситуации.

Далее, стереотип двустороннего мира, о том что, есть только одна и вторая сторона, уходит, потому что благодаря вот этим картам конфликта, можно увидеть подводные течения, подспудные какие-то влияния, которые тоже могут быть полезны для дальнейшего развития.
И особенности подготовки. Я сказала об анализе. Особенности процедуры диалога, встречу ведет фасилитатор, это подготовленный специалист, который управляет взаимодействием и он собственно не вмешивается в дискуссию, это человек, который должен занимать нейтральную позицию по отношению к сторонам и не заинтересован в результате, это действительно очень важный момент. И особенности коммуникации как раз и заключаются еще в том, что техники активного слушания, отделения фактов от эмоций, обмен смыслами, когда человек перефразирует только что услышанную фразу от другой стороны, говорит о своем понимании, все это те техники, которые способствуют, скажем, улучшению коммуникации и не то что бы такому пониманию, что да, я вот точно знаю, что ты хотел сказать, это скорее обогащает смысловое поле.

И кейс наконец-то, это диалог, который происходил в 2014-2015 году, начался он с ситуации падения памятника Ленину и в 2014 году, в октябре мы пригласили на диалог тех людей, которые присутствовали на площади в момент деконструкции этого памятника и заявляли свое мнение по поводу происходящего в социальных сетях, занимали активную гражданскую позицию по этому поводу. И почему собственно мы начали этот диалог, потому что в городе была крайне напряженная ситуация и этот случай он мог повлечь за собой ряд непредсказуемых последствий, потому что уже начали формироваться стороны сторонников Харьковской Народной Республики и противников, тех людей, которые придерживались патриотической позиции. Фактически, это был диалог между представителями «Майдана» и «Антимайдана» и в течение девяти месяцев, один раз в месяц, группа, которая была сформирована из ядра, связанной с темой памятника Ленину, вот этой группой, после девяти встреч была разработана «Декларация общественного согласия», то есть мы перешли от обсуждения темы памятника Ленина к темам, которые были связаны с войной, с ситуацией в городе и с тем, как сохранить мир в городе. Вот здесь представлены темы, которые обсуждались и очень важно, что группа сама предлагала темы для дальнейших обсуждений и та декларация, которая была группой написана, это скажем, демонстрация того эксперимента, когда люди таки могут договориться, не примириться, но прийти к пониманию того, что действительно важно и отправной точкой для создания этой декларации было как раз то, что мы живем в городе который вот вот может быть охвачен войной, потому что близость региона, где идет АТО, потому что сепаратистские настроения, потому что жесткая поляризация и вот что для нас важно. Для нас гораздо более важно мир, чем те взгляды, чем те позиции, которых мы придерживаемся вот здесь и сейчас. По поводу этой декларации была пресс-конференция и группа которая работала, рассказала о том, как работали, с чем пришли к этой декларации потом была вот такая обратная связь, чем для людей стали эти диалоги, почему для них было важно участие в этих диалогах. Через год после этих диалоговых встреч вышла книга с интервью с участниками диалогов, где описывались впечатления от самого процесса. И помимо того, что группа работала, еще в городе проходили такие открытые лектории, где мы приглашали различных специалистов, различные целевые аудитории для обсуждения тем войны и мира и конфликтов.

Модератор: Андрій Загородський

Доповідач: Олена Копіна